Медицина
06.04.2013 09:08
Есть лица, запоминающие рисунок лучше в том случае, если они проследили его контуры пальцами. Этим способом можно пользоваться при преподавании, чтобы приучить учеников рисовать по памяти. В Северной Америке приходилось наблюдать молодых индейцев, с большим интересом рассматривавших гравюры, которые им показывали. Один из них тщательно обводил своим ножом контур рисунка, говоря, что таким образом он сумеет лучше вырезать его по возвращении домой. В данном случае моторный образ должен был усилить образ зрительный. Этот молодой индеец принадлежал, по-видимому, к двигательному типу.У глухонемых внутренняя речь составляется из моторных и в то же время зрительных образов жестов, образующих их обычную речь. Движения, которые впоследствии представляются нам самыми натуральными и простыми, первоначально вырабатываются с величайшими усилиями. Солнечный луч, ударяя в первый раз в глаза новорожденного, вызывает целый ряд нестройных движений. Спустя несколько недель устанавливается некоторая координация: глаза могут фиксировать светящийся предмет и следить за его движениями.Если проследить, каким образом ребенок обучается ходьбе, письму, гимнастическим навыкам, то оказывается, что вначале он решительно не в состоянии сосредоточить движения только в нужной группе мышц: он двигает при этом и языком, и мышцами лица, и даже не участвующими в актах движения конечностями. Благодаря упражнению и двигательной памяти целесообразные движения усваиваются, а излишние постепенно выключаются. Благодаря накопленному опыту все наши привычные движения совершаются с большей легкостью. Возьмем для примера игру на фортепьяно. Она состоит из бесконечного количества различных сочетаний движений пальцев и зрительных впечатлений. Сначала движения совершаются крайне медленно, затем при упражнениях начинают постепенно убыстряться, достигая большой легкости. В этом состоит «секрет» сложных привычных движений. Мы знаем, что опытный пианист, например, может безошибочно играть, разговаривая в то же время с окружающими. То же самое мы наблюдаем при выполнении всех наших привычных движений, например, при писании, вязании и т. д.Особенно примечательно то, что память сохраняет последовательность каждого элемента в сложном движении. Это относится, например, к машинальной ходьбе, когда мы идем, вовсе не обращая внимания на наши шаги. Пехотинец в строю и кавалерист верхом на лошади могут двигаться вперед в полусне и все время сохранять равновесие тела. Эта способность последовательного воспроизведения мышечных актов еще более поразительна у искусных пианистов, которые могут даже в полусне исполнять фортепьянные пьесы,— факт, который объясняется не столько участием слуха, сколько участием мышечного чувства и моторной памяти, определяющих последовательный ход движений.