История
22.10.2013 05:59
„Все они были необычайно хороши. Это было не просто легкое развлечение, а настоящая музыка. . . Все они представляли интерес с точки зрения богатства мелодических тем, их музыкального развития, характерной гармонии, строгого, классически сурового равновесия формы, тонкого ритмического рисунка. Короче говоря, им присущи все те качества, которые отличают по-настоящему искреннюю и интересную музыку”. Песни вызвали такие овации, что их пришлось повторить на бис. Песня „Еще раз” вызвала бурю аплодисментов, и публика потребовала исполнить ее на бис.Так 1 ноября состоялось первое выступление Гершвина — пианиста и композитора — на сцене одного из крупнейших концертных залов страны. „Это было одно из самых памятных событий в истории американской музыки”, — писал Карл ван Вехтен о концерте в письме к другу Готье. Эти слова с равным успехом можно отнести и к первому приобщению Гершвина к концертной эстраде. Далее Ван Вехтен с уверенностью предсказал, что „через два года эту музыку будет играть Нью-Йоркский филармонический оркестр”. По-видимому, он испытал немалое удовлетворение, когда через два года, почти день в день, ему довелось присутствовать на премьере фортепианного концерта Гершвина в Карнеги-холл. Правда, аккомпанировал не Филармонический оркестр, а соперничающий с ним оркестр Симфонического общества Нью-Йорка под управлением Вальтера Дамроша.Концерт Готье был повторен в конце января в Бостоне. Х.Т. Паркер в газете „Ивнинг Транскрипт” писал о восторге, испытанном им от игры Гершвина: „Он разнообразил их [песни] перекрестными ритмами, вплетая в музыкальную ткань гибкий, пружинящий контрапункт, делая неожиданные паузы и акценты, выдерживая каденции и наделяя ярким музыкальным характером те места песен, в которых солировал рояль. . . Гершвин — родоначальник эры современного утонченного джаза”.

После концерта Эвы Готье в Нью-Йорке Мэри Опдик (ныне г-жа Джон де Уитт Пелц, бывший редактор „Оперных новостей”) устроила вечер в честь Гершвина и Готье. К тому времени Гершвин уже не был новичком в кругу избранных и знаменитостей, светская жизнь которых протекала преимущественно в районе фешенебельных домов Пятой авеню и Пятой улицы, наиболее известными из которых были дома Жюля Гланзера, Мэри Хойт Уайборг и ее сестры, г-жи Сидней Фиш.