Искусство
24.10.2013 04:14
Оставалось лишь внести последние исправления и закончить оркестровку. Это было сделано к 18 ноября в течение нескольких недель после возвращения в Нью-Йорк.Вскоре после возвращения из Европы Гершвин рассказал Димсу Тейлору о том, что своей музыкой он хотел бы рассказать об американце, который, гуляя по Елисейским полям, любуется собором, потом грустит о доме и т. д. Диме Тейлор посоветовал развить этот простой сюжет в подробное и красочное повествование для готовящейся к премьере театральной программки. Этот подробный комментарий теперь широко известен, и в нем настолько удачно схвачена суть и дух этой музыки, что для того, чтобы испытать истинное наслаждение, совершенно необходимо с ним познакомиться. Представьте себе. . . американца, приехавшего в Париж, который теплым солнечным утром в мае или июне прогуливается вдоль Елисейских полей. С присущей ему энергией он начинает с представления самого себя и затем несется на всех парусах под звуки Первой Темы Прогулки, простой, диатонической по своему строю, которая призвана передать ощущение свободной жизнерадостной французской нации.Его американские уши и глаза с удовольствием впитывают звуки и краски города. Его особенно забавляют французские такси, что спешит подчеркнуть оркестр в коротком эпизоде, где звучат четыре настоящих парижских клаксона. . . Им поручена особая тема. . . о которой всякий раз возвещают струнные, когда подходит их черед.

Благополучно ускользнув от такси, похоже, что наш Американец проходит мимо распахнутых дверей кафе, где, если верить тромбонам, по-прежнему популярны „La Maxixe” [recte, ”La Sorella”]. Возбужденный этим напоминанием о веселых 900-х годах, он продолжает свою прогулку сквозь среднюю часть Второй Темы Прогулки, о которой по-французски, но с сильным американским акцентом, возвещает кларнет.