Знаменитости-и-шоу-бизнес
03.04.2013 07:25
Красавец-француз, прошедший войну сорокадвухлетний вдовец, он произносил диалоги с легким и одновременно изящным французским акцентом. Более молодой, стройный и щеголеватый, чем Морис Шевалье, Омон являл собой тип неотразимого сердцееда. Ему уже доводилось играть вместе с такими звездами, как Джинджер Роджерс и Эва Габор. Когда же в начале 1953 года Эн-би-си предложила ему роль Одюбена в постановке телетеатра «Гуд Йеар» «Путь орла», актер тотчас поинтересовался, кто из актрис будет играть его жену.— Одна молоденькая и очень красивая девушка, — сказали ему, — и она как раз заканчивает сниматься в Африке с Кларком Гейблом и Авой Гарднер. Когда Омон прибыл на свою первую встречу с Грейс Келли в расположенный рядом с Бродвеем танцзал, который Эн-би-си арендовало для репетиций, он меньше всего ожидал увидеть белые перчатки и очки в роговой оправе. Грейс пребывала в своем колючем — «не смей приближаться ко мне» — настроении. Она только что вернулась из Лондона и все еще глубоко переживала внезапный разрыв с Кларком Герблом. В намерения молодой актрисы вовсе не входило, чтобы ее снова подобрали, а затем отбросили за ненадобностью.— От нее исходил какой-то космический холод, — вспоминает Омон. — Она была хороша, очень хороша, но при этом очень и очень строга.«Не надейтесь, — казалось, всем своим видом заявляла Грейс своему неотразимому французу-партнеру, — моя персона не станет вас легкой добычей».Ведущий актер предположил, что не совершит преступления, если будет обращаться к своей неприступной партнерше по имени.— В Голливуде люди нашей профессии, привыкли обращаться друг к другу по имени с самой первой минуты. Никто не винит в этом ничего дурного.Однако мисс Келли и знать не хотела подобных вольностей.— Первое время я был нее исключительно мистер Омон. Она не желала обращаться ко мне иначе на протяжении двух или трех дней.От француза не ускользнуло, как взгляд Грейс в считанные секунды способен от небесной голубизны измениться до холодного стального блеска.Омон попытался пустить в ход все имеющиеся у него обаяние и обходительность, но, увы, безрезультатно. Ему помогло объявление на стене, вывешенное администрацией танцзала (по вечерам помещение снова превращалось в обычное место отдыха). Оно призывало публику относиться друг к другу терпимо и дружелюбно. «Дамы, не обижайте джентльменов! В конце концов, мужчины — тоже люди».— Вот я и сказал ей: «Мисс Келли, не желаете ли прочесть вот это?» Грейс расхохоталась. Лед был сломан. Мы с ней стали настоящими друзьями.А кроме того, еще и любовниками.«Никто из нас двоих не был девственником», — говорит Жан-Пьер Омон, который, будучи стопроцентным (до мозга костей) французом, не может взять в толк, как это отношения между двумя взрослыми человеческими особями не могло включать здоровую порцию секса.