Знаменитости-и-шоу-бизнес
03.04.2013 08:01
Ренье же владел всего лишь двумя процентами, доставшимися ему по наследству. Однако лицензия на право деятельности ОМК в Монако позволяла князю накладывать вето на большинство предпринимательских начинаний этой компании. Это обстоятельство делало князя и судовладельца совладельцами туристического бизнеса в Монако. Взаимоотношения этих двух мужей были отмечены гонором и взаимными обидами, на какие только были способны оба эти цезаря-коротышки. Временами случалось, что их регулярные беседы в княжеском дворце скорее напоминали столкновения лоб в лоб двух баранов, однако каждый из них знал, что ему не обойтись без партнера, и конфликты вновь уступали место дружеским чувствам и взаимному уважению. «Сегодня они на чем свет поносили друг друга, — вспоминал один из советников Ренье,— а на завтра уже целовать друг друга в щеку».Грейс, как и ее супруг, тоже испытывала к Онассису смешанные чувства. Она недоверчиво относилась к той показухе, благодаря которой Аристотель завоевал титул некоронованного короля Монако. Она находила это оскорбительным и унизительным по отношению к Ренье. Однако грубоватому. шарму Онассиса невозможно было противостоять. Подобно Олегу Кассини, Аристотель умел польстить даме с пылкостью и убедительностью и, конечно же, не преминул распространить свое внимание и на Грейс. Осенью 1961 года Грейс и Ренье приняли приглашение совершить круиз по островам Греческого архипелага вместе с Онассисом и Марией Каллас. Когда мужчины отправились осматривать монастыри горы Афон, куда женщины не допускались, Грейс с Марией сели в лодку и подкрались как можно ближе к берегу, пытаясь разглядеть заповедную святыню. В принципе, им можно было не утруждать себя.«Вернувшись, мужчины сказали, что от монахов ужасно пахнет, — докладывала Грейс в письме Пруди Уайз, — так что нам повезло».В конце концов благодаря редкому терпению, которое он проявлял по отношению к ее детям, Онассису удалось одержать над Грейс победу.«Они, бывало, дразнили его, тягали за уши, толкали в бассейн, — вспоминал позднее Ренье.— Он тогда был уже далеко не молод, и мы, признаться, изрядно волновались за него».