Знаменитости-и-шоу-бизнес
02.04.2013 11:38
По окончании траурной церемонии Ренье устроил прием для гостей в дворцовом саду, обмениваясь рукопожатиями и принимая соболезнования. Неожиданно поддавшись нахлынувшим на него чувствам, он отошел в сторону, к террасе, и остановился там в полном одиночестве, глядя вниз — на море и раскинувшееся под скалой Монако. Слезы снова брызнули из его глаз. Каролина с Альбертом подошли утешить отца. Обняв его, они тоже расплакались. Если только волшебная сказка не завершается счастливо, ее конец, как правило, бывает особенно жесток.Три дня гроб с телом Грейс стоял в боковой часовне собора, весь усыпанный цветами. Затем во вторник, 21 сентября 1982 года, неделю спустя после ее смерти, его опустили в фамильный склеп Гримальди, и Грейс заняла свое место в полукруге князей и княгинь вокруг алтаря. «Gratia Patricia, — читаем мы надпись на простой мраморной плите, — Prlnci pis Rainierii III Uxor, Obiit Ann. Dni. MCMLXXXII» Грейс Патриция, супруга князя Ренье 111, скончалась лета Господня 1982.В большинстве посвященных ей некрологов подробно говорилось о ее кинокарьере и вскользь или слишком сухо — о ее бесчисленных добрых начинаниях; однако в одном из них, вышедшем из-под пера Уильяма Бакли Младшего (как и она, католика и старого ее друга), были тонко подмечены присущие Грейс достоинства.«Грейс Келли, — писал он в «Нэшэнл Ревью», — получила подготовку профессиональной актрисы. Но еще до этого в семье ее научили быть в первую очередь человеком, уметь сдерживать себя и стремиться к совершенству… Ее научили прятать страдания, маскировать усилия … и все это стало частью ее характера. И случись ей стать монахиней, а не княгиней, вряд ли бы мы заметили у нее другой подход к избранной стезе». Бакли вспоминал, как за несколько лет до этого он отправился вместе с Грейс в Рим съемок одной из религиозных документальных лент отца Пейтона. «Она заметила тогда, — вспоминает он, — говоря о наших возможностях творить добро, что они всегда неизменны, ибо всегда присутствуют нас, давая каждому христианину шанс внести свою лепту, и мы, творя добро, возвращаем свой долг провидению, которое в своей щедрости одарило нас жизнью… Там, куда вознеслась ее душа, нет никаких княгинь, но все же наше сухое воображение дает нам право предположить, что там, где сейчас она находится, пролился удивительный свет ..»

Грейс одарила этим светом семью, друзей, любого, если только ему казалось, что его жизнь соприкасается с ней. Большинство этих людей ни разу не встречались с Грейс. Они были знакомы с ней только по ее фильмам, фотографиям и тому невидимому присутствию, которое влечет за собой всеобщее поклонение. Даже у тех, кто был равнодушен к кинематографу или громким титулам, возникало чувство, будто они знакомы с княгиней Грейс.

Образ, созданный Грейс, в глазах остального мира был ее лучшим творением, а ее величайшей заслугой в мире, где зачастую царят фальшь и притворство, стало то, что она искренне стремилась ему соответствовать. Как и все мы, она частенько поддавалась соблазнам, но зато неизменно пыталась учиться на ошибках. Когда же она поняла пустоту и цену той мечты, которую в свое время задумала воплотить в реальность, то нашла в себе силы коренным образом изменить свою жизнь. Поддерживая в окружающих иллюзию, будто она счастлива с человеком, который слишком часто заставлял ее чувствовать себя совершенно несчастной, Грейс сыграла свой лучший спектакль. И она не изменила себе, ибо дала обещание, а еще потому, что знала: счастье, как правило, никогда не бывает простым и редко — самодостаточным. Грейс Келли и княгиня Грейс Монакская не терпела притворства. И ее физическая красота была отражением ее лучших качеств, а не поверхностным камуфляжем. Природа щедро одарила ее внешней привлекательностью, но сама Грейс всей своей жизнью отплатила ей этот долг.